Сегодня сложно представить Париж без Эйфелевой башни. Она на магнитах, открытках, в логотипах и в каждом втором туристическом снимке. Ночью её подсвечивают, и каждый час пять минут она мерцает тысячами огней. Но в 1887 году, когда на Марсовом поле начали собирать трёхсотметровую конструкцию из железа и заклёпок, город буквально взвыл. Париж, который веками лепил себя как эталон вкуса, вдруг получил посреди себя гигантскую железную мачту. И возмутила она не случайных прохожих, а лучших людей Франции, тех, кто этот самый вкус и определял.
Башню строили два года, два месяца и пять дней, с конца января 1887 года по конец марта 1889 года. На площадке трудились триста рабочих. Они собрали 18 038 металлических деталей и скрепили их двумя с половиной миллионами заклёпок. Заказ был простой. Всемирная выставка 1889 года была приурочена к столетию Великой французской революции и должна была показать миру инженерную мощь страны. Идею нашёл не сам Гюстав Эйфель, а два его сотрудника, Морис Кёшлен и Эмиль Нугье. Архитектор Стефан Совестр добавил арки у основания, чтобы утихомирить скептиков. Сам Эйфель называл башню скромно, «300-метровая башня».
Строить у реки Сены было непросто. Для фундамента Эйфель применил метод, который отработал на мостах: в каждом из шестнадцати кессонов под давлением накачивали воздух, чтобы грунтовая вода не мешала рабочим. Первые лифты работали от гидравлических насосов, а наверх вели 1710 ступеней. И тридцать первого марта Эйфель сам поднялся на вершину, пригласив с собой нескольких чиновников покрепче.
Конкурс на входную арку выставки объявили ещё в 1886 году, на него пришли 107 проектов. Были идеи и безумнее: кто-то предлагал гигантскую гильотину в память о революции, кто-то каменную башню. Но камень отпал сразу, выше 169-метрового монумента Вашингтона тогда не поднялся никто. Проект Эйфеля стал одним из четырёх победителей, и инженер, по его словам, воскликнул, что Франция будет единственной страной с трёхсотметровым флагштоком.
Вот тут и началось главное. В феврале того же года три сотни писателей и художников подписали протест в адрес муниципалитета. Среди них были Александр Дюма-сын, Ги де Мопассан, композитор Шарль Гуно и архитектор парижской Оперы Шарль Гарнье. Они называли конструкцию «бесполезной и чудовищной», а ещё «смехотворной башней, доминирующей над Парижем, как гигантская фабричная дымовая труба». Интеллигенция боялась, что железная башня подавит каменный город, который складывался веками.
По легенде, Мопассан каждый день обедал в ресторане на первом уровне башни. На вопрос, зачем он это делает, если башня ему не по душе, писатель отвечал, что это единственное место в Париже, откуда её не видно. Правда, до сих пор спорят, был ли это именно Мопассан или англичанин Уильям Моррис. Но сама история идеально передаёт настроение тех лет, когда башню всерьёз хотели снести.
По первоначальному договору башню должны были разобрать через двадцать лет после постройки, срок выходил на 1909 год. И скорее всего, Париж бы с ней расстался, если бы не одно обстоятельство. В октябре 1898 года Эжен Дюкрете провёл первый сеанс телеграфной связи между башней и Пантеоном. А в 1903 году генерал Феррье, пионер беспроволочного телеграфа, начал использовать её для своих опытов. Башня оказалась идеальной антенной: высота, открытое место, ничто не заслоняет сигнал. И с 1906 года на ней постоянно работает радиостанция.
Военные поняли ценность конструкции раньше эстетов. В 1914 году радиоперехват с башни помог генералу Гальени организовать контратаку на Марне. И постепенно «железная дама», как её тогда называли, перестала быть предметом спора о вкусе. Радио спасло башню от сноса, а башня отплатила городу связью, радиовещанием, телевидением и славой.
Впрочем, успех у публики был мгновенным. За шесть месяцев работы выставки на башню поднялись больше двух миллионов человек, и к концу года она возместила три четверти затрат на строительство. Возводили её на совесть: за два с лишним года работ не случилось ни одного смертельного случая, что для той поры было редкостью. А ещё четыре десятилетия она оставалась самым высоким сооружением мира, пока в 1930 году её не обогнал небоскрёб Крайслер-билдинг в Нью-Йорке.
Сегодня Эйфелева башня это самая посещаемая платная достопримечательность мира. За год на неё поднимаются около семи миллионов человек. Высота конструкции с антеннами доросла до 330 метров, хотя начинала она с трёхсот. И красят её каждые семь лет, на что уходит около шестидесяти тонн краски. Город, который когда-то требовал её снести, теперь просто не может представить себя без неё. А башню, построенную на время, Париж не отдал никому.
Источники
- Википедия «Эйфелева башня»: строительство, протест трёхсот художников, договор о демонтаже через двадцать лет, радиосвязь Дюкрете и Феррье
- Официальный сайт башни toureiffel.paris: высота с антеннами, около семи миллионов посетителей в год
- Le Temps: текст протеста художников, перепечатан в исторических обзорах
- Tourprom, октябрь 2025: Эйфелева башня остаётся самым узнаваемым символом Парижа
